Меню

Фильм о ренессансе востока

Али Хамраев, режиссер

Он родился в горном ауле Боконбаево, в юрте, сотканной из овечьей шерсти. Его отец был табунщиком, и вкус кумыса, бодрящего напитка из молока кобылицы, знаком Толомушу Окееву с младенчества. И вот крепкая рука Океева, привык¬шая чуть ли не за каждый фильмвыдергивать арканом из «седла» любого кинофестиваля призы и дипломы, эта крепкая рука подарила нам удивительную ленту с типично азиатским названием „Миражи любви".

Сюжет средневековой притчи прост: «...Когда Мани стал рисовать в десять лет, художники Бухары поняли, что перед ними гений, и, значит, они всего лишь талантливые ремесленники! Ой, как нестерпима эта мысль! Надо убить Мани! Но завистники не грубые палачи, они «тонкие гуманисты», и они отрезают кисть его божествен¬ной руки! Теперь он не опасен. Теперь они вновь таланты!» Это слова писателя Тимура Зульфикарова — волшебника слова и бунтаря мысли.

Но какой непростой был сценарий, написанный им. Сколько аллегорий, метафор, сколько образов, казалось бы, не переводимых на язык кино. Зульфикаров никогда не пишет сценарий персонально для кого-то. Он предлагает свое детище на рынке кинорежиссуры с кличем: «Ну, кто смелее?!» Автору этих строк довелось работать с Тимуром Зульфикаровым над фильмом «Человек уходит за птицами» и чудом выкрутиться из почти безнадежной ситуации. Толомуш Океев - сверхсмелый и сверхмужественный человек. Он, не раздумывая, ринулся в бой.

Замысел Зульфикарова близок духу и судьбе Океева. Он начал кинокарьеру в качестве звукооператора, затем, почувствовав прилив крови и призыв судьбы, экстерном получил образование кинорежиссера.

Зависть в искусстве не имеет социальной почвы, она существует независимо от расы человека и его вероисповедания. Не раз Окееву хотели «отрезать кисть божественной руки», а тут он сам полез в петлю с архисложным сценарием Зульфикарова. Ехидничали недруги, выжидали завистники, затаились чиновники. А Толомуш сделал свое дело! Умело, прекрасно, отважно.

Много месяцев режиссер работал вдали от родной Киргизии — в горах Таджикистана, древней Хиве, дружественной Сирии. И создавал со своей группой ленту, как ткут персидский ковер, соединяя между собой тысячи узелков. Создавал свой гимн гению, гимн любви, гимн человеческо¬му достоинству.

Я смотрел фильм «Миражи любви» и вспоминал прежние фильмы Толомуша – «Небо нашего детства», «Поклонись огню», «Лютый», «Потомок Белого барса». Я вспоминал различные истории из жизни самого Океева. Как это все вдруг собралось в пронзительном пафосе и идее «Миражей любви».

Кинообразность Толомуша Океева очень точно выражает древнюю истину: великое искусство не может продаваться и покупаться. Оно не имеет цены, как не имеет цены ручей, трава, камень, звезда. И оно столь же бескорыстно и беззащитно.

Вернуться наверх