Меню

Артюхов Олег - Пастбище Бакая

О. Артюхов.

«Советская Киргизия», 9 декабря 1966 г.

Направляясь на съемки фильма «Пастбище Бакая», я припоминал все, что уже знал, о работе над этим фильмом… Режиссер Т. Океев вынашивал его замысел еще на Высших режиссерских курсах. Без малого год шла подготовка к съемкам. Потом выехали в Кавак. И вот тут начались напасти. Первая - наводнение. Однажды просыпается группа, а на уровне коек сигареты плавают. Случилось это весной нынешнего года на острове Маринка, когда река Кокомерен так же, как и остальные реки Киргизии, вышла из берегов. Вода залила реквизит, вещи. Пришлось людям выбираться и вплавь, и по канатной дороге.

Наводнение не позволило проехать для продолжения съемок на Иссык-Куль. Ничего другого не оставалось, как вернуться с Сусамыра. А там вдруг разразилась эпидемия ящура, и пришлось отсиживаться в карантине. Все терпели лишения, но несмотря ни на что каждый день снимали положенное по плану количество метров. Народный артист СССР Муратбек Рыскулов, исполняющий роль Бакая, прожил в горах 88 дней. Помогли дружба и сплоченность коллектива в борьбе с трудностями. Пять раз сильные ветры уносили юрты, и всякий раз их ставили заново. Никто не чурался самой тяжелой работы...

Сразу за Быстровкой мы свернули с трассы и помчались через владения совхоза «Кызыл-Октябрь». Подпрыгивая на ухабах и вздымая тучи пыли, «Волга» упорно поднималась вверх, в горы. За совхозом машина то и дело обгоняла стайки ребят. «На съемки идут!», - объяснил администратор киногруппы А. Тишуров. Открыл дверцу и позвал двоих; «А ну, друзья, садитесь!». Расплывшись в довольных улыбках, пацаны полезли на заднее сиденье. Я искоса наблюдал, как они торжествующе поглядывали в заднее стекло на обгоняемых неудачников.

Вокруг было тихо и безлюдно. Серые, пыльные холмы равнодушно взирали на торопливый бег нашей машины. Но вот мы обогнули подножие очередного холма и остановились. Прямо перед нами возникла большая защитного цвета палатка, возле которой стояли еще одна «Волга» и автолавка. «Тут мы живем, а съемочная площадка дальше, метров двести», - пояснил Тишуров. Действительно, глазам вскоре открылось широкое плато, на котором возвышались две юрты, окруженные сотнями людей. Здесь были стар и млад. К ним присоединились и наши юные попутчики...

Мне крупно повезло. Не прошло и часа после приезда, как группа приступила к съемке сцены «Той по поводу обрезания пут в честь сына Алыма». (Есть такой обычай у кыргызов – пожелать ребенку счастья свободы, счастья своими ногами по жизни шагать.) Солнце выглянуло из-за тучи и ярко осветило площадку. И сразу забегали ассистенты, помощники режиссера, собирая массовку. Постепенно благодаря их усилиям воскресный пикник стал превращаться в «той». Если бы ни рельсы и металлические щиты-отражатели с краю массовки, можно было бы и впрямь подумать, что люди просто собрались попировать. Да так им и сказали: «Чувствуйте себя настоящими гостями на настоящем тое». На платки и коврики повара группы наложили боорсоков, мяса, лепешек.

И вот когда второй режиссер Б. Абдылдаев посадил всех участников массовки как следует, а операторы Р. Зуев и С. Чадин поставили точно кадр, проверили резкость, тележка с кинокамерой усилиями - двух рабочих покатилась по рельсам. К глазку ее приник оператор-постановщик К. Кыдыралиев. Толомуш Океев шел впереди тележки, дирижируя массовкой. Всегда сдержанный, немногословный, тут он преобразился. Словами, жестами, мимикой лица он оживлял скованных, робких, разжигал веселых. На третьем дубле «той» шумел вовсю. У непосвященных зевак все происходящее не могло вызвать ничего, кроме улыбки. Подумаешь, снимают людей, которые только и знают, что пить да есть! На самом деле той в горах - это праздник, когда радость выплескивается наружу. Люди - собираются редко, и радость общения особенно дорога.

Цель сцены - дать той тружеников. Но жизнь полна противоречий. У Бакая горе, а у его соседа Алыма (его играет С. Джумадылов) радость. И они ссорятся, потому что Алым кровно обиделся на соседа из-за его отсутствия на тое в честь сына. А Бакай в это время возил дорожникам кумыс и вернулся совершенно потрясенный - его любимое с детства пастбище раскопано, исковеркано. У него горе по большому счету, не соизмеримое с обидой Алыма. Оно полно глубокого смысла.

«Есть умники, - говорит Т. Океев, - которые хотят сразу отмести старое. А мы должны идти к новому, не забывая о человеческой цене старому. Надо оставить память о наших отцах, вырастивших, вскормивших нас. Конечно, строительство дороги меняет облик, психологию людей гор, но цивилизация проникает часто неосторожно, разрушая красоту земли, А зачем нам некрасивая земля?».

Серьезная и важная в наши дни тема. Однако главное в фильме - рассказ о человеке, который «делает» мясо. Рассказ без прикрас, без мелочного морализаторства... После завершения съемок уже в спокойной обстановке я попросил Толомуша Океева ответить на несколько вопросов.

О.Артюхов: Не претерпел ли сценарий каких-либо кардинальных изменений в процессе работы?

Т.Океев: В ходе съемок все время менялись целые сцены, диалоги. Некоторые эпизоды получились хроникально-документальными. Ну, как вы точно по сценарию снимете животных? Но от генерального замысла отступлений нет.

О.Артюхов: Как работалось с актерами?

Т.Океев: У нас группа целиком, от рядового до М. Рыскулова, снялась в массовках. Всех пришлось учить специальности «ковбоев». 80 процентов фильма снималось на натуре и только 20 процентов - в павильоне. И, конечно, требования к актерам были иные, чем в театре. Кажется, профессиональным актерам удалось справиться с ролями. Хотя их пришлось в чем-то переучивать. Ведь фильм-то почти что документальный, требующий предельной естественности и простоты. А для актера это особенно трудно.

О.Артюхов: Будет ли в фильме музыка?

Т.Океев: Разумеется. Ее пишет для нас композитор Т. Эрматов.

О.Артюхов: Когда будет закончено «Пастбище Бакая»?

Т.Океев: Скоро. Сейчас мы его монтируем, а озвучивать станем в Москве с симфоническим оркестром Комитета по кинематографии при Совете Министров СССР. Тогда же я покажу «Пастбище Бакая» своим педагогам Райзману, Траубергу, Юткевичу.

О.Артюхов: Теперь, видимо, можно спросить и о планах на ближайшее будущее?

Т.Океев: Хочу заняться комедией. Какой сценарий? Секрет. Сначала напишу новеллу. Потом - попробую.

О.Артюхов:Получается, Толомуш, что вы после отличной картины «Это - лошади» совсем отошли от документального кино?

Т.Океев: Вовсе нет. При первой возможности буду делать документальные фильмы. Есть уже у меня кое-что на примете, но я не люблю говорить заранее. Я не чувствую большой разницы между игровым и документальным кино. И то, и другое должно быть в руках взволнованного человека...

На обратном пути со съемочной площадки «Пастбища Бакая» я вспомнил веселый студийный каламбур: «У Океева все о'кэй!» Вот уж в точку.

Вернуться наверх